Снег. Черновик

Небо зябко укуталось в теплые меховушки облаков, пожертвовав торжественной синевой в пользу уютной сероватой пелены.
Дневной свет растекся по небесному палантину, перестав принадлежать одной единственной слепящей точке и мерно расплываясь, капал через поры мехового наряда.
Мир вокруг обмяк. И словно в подтверждение робких домыслов, с неба посыпался искристый снег.


Рябина. Черновик

Пасмурное утро пахнуло промозглой прохладой. Казалось, что все вокруг нервно хлюпает: и дорога под ногами, строя недовольные гримасы от постоянного давления, и небеса зашмыгали ноздрями облаков, словно удивляясь невесть откуда взявшемуся гаймориту. И серые прохожие, прятавшие свои покрасневшие носы в воротниках или наспех накинутых шарфах. Даже дворовая кошка, отправившись на свой незамысловатый промысел на местную помойку, тоже, казалось, уныло хлюпала носом, собираясь заплакать по своей незавидной судьбе.
И все это хлюпанье как-то не вязалось с моим хорошим настроением. Мне совсем не хотелось замечать всеобщего неудержимого насморка и воспаленности. Глаза жадно искали кусочек той тверди, которая поддержала бы мой настой. И тут я увидела ее...

306600 земных часов

Ну, что ж... поздравляю вас, Екатерина Александровна, с благополучным пересечением первого меридиана зрелости. 
Грустно ли мне? Ведь конец пути всем известен и не несет в себе явного позитива...
Нет, не грустно.
Я стала мудрее за эти годы, я обрела понимание вещей, которое не доступно в более раннем возрасте и это здорово!
Я открываю жизнь заново... о чем тут можно жалеть?
Пустая и грустная жизнь может быть только у того, у кого нет цели и смысла. Кто живет чужими победами.
Я живу своими.
306600 земных часов... столько я прожила и не известно, сколько проживу. Но точно знаю, что каждый час и каждая секунда будет потрачена на любовь: любовь к родным и близким, любовь к друзьям, любовь к своему делу, любовь к жизни!